Логотип Логотип 2

на главную

в раздел "Интересные статьи"

в раздел "Воля и характер"

в раздел "Познавательнй материал"

«А зачем нам это нужно?»

Если школьники спрашивают: «А зачем это нужно?» — значит, дело плохо. Заключенный в этом вопросе скептицизм убивает желание знать. Понимание целесообразности, нужности учебной работы делает ее в глазах ребенка значительной и придает ей увлекательность. Чем глубже будет школьник понимать значение своего учебного труда, тем прочнее будет его интерес к приобретению знаний.

Как достигнуть этого понимания? Пожалуй, самое плохое средство для достижения цели — прямые поучения «в лоб». Этот распространенный способ может не только не дать никакой пользы, но и привести к прямо противоположным результатам. Гораздо целесообразнее другие, менее прямолинейные пути. Один из таких путей — занимательный рассказ о том, что происходит с людьми, которые не владеют знаниями, в ситуациях, когда эти знания необходимы. Такие рассказы по возможности должны быть яркими, запоминающимися.

Начиная курс орфографии, молено, например, пересказать ученикам содержание глав книги Н. Панова «А все-таки она хорошая!». Автор этой книги начинает свой рассказ о русской орфографии с воображаемого путешествия в сказочный город, где нет никаких правил правописания и жители пишут слова так, как слышат. На первый взгляд, этот город ничем не отличается от обычных, «грамматических» городов. Но постепенно становится ясно, что в этом городе и преступность выше, и несчастных случаев больше и много других бед приносит отсутствие единых твердых правил правописания.
Показать значение изучаемого можно (и нужно) в начале не только каждого учебного курса, но и каждой темы.

Например, можно рассказать ребятам историю, как Буратино сидел на листе лилии и к нему подплыла черепаха Тортила. «Ах ты, безмозглый, доверчивый мальчишка с коротенькими мыслями! — сказала Тортила.— Сидеть бы тебе дома да прилежно учиться! Занесло тебя в Страну Дураков!» Буратино ответил: «Так я же хотел же добыть побольше золотых монет для папы Карло! Я очччень хороший, благоразумный мальчик!» — «Деньги твои украли Кот и Лиса. Они пробегали мимо пруда, и я слышала, как они хвастались, что выкопали твои деньги...» И далее приводится весь диалог Тортилы с Буратино, после чего перед учащимися ставится вопрос: права ли Тортила, когда она говорит, что у Буратино «коротенькие мысли»? Действительно, если сравнить речь Буратино и речь черепахи Тортилы, оказывается, что Буратино выражает свои мысли коротенькими простыми пред-ложениями, а старая мудрая Тортила пользуется длинными, сложными предложениями, в которых много союзов. Пересказать ее речь, не употребляя союзов, просто невозможно. Если бы мы говорили простыми предложениями, «по-буратиньи», мы многое не могли бы выразить. Поэтому очень важно знать союзы и уметь пользоваться ими.

Одна из возможностей показать необходимость знаний— использование комического эффекта незнания. Таков, например, эффект неправильно поставленной запятой («Я подошел к калитке с громким лаем, навстречу мне выбежал Барбос»), неправильно присоединенного придаточного предложения («Кот залез под дом, который украл нашу колбасу»).
Однако такие разъяснения, очень украшающие учебный процесс, могут быть приняты школьниками к сведению, но не взяты «на вооружение». Это бывает сплошь и рядом не только с детьми, но и со взрослыми. Мы все знаем, что делать утреннюю гимнастику полезно, а курить вредно, однако... Поэтому гораздо эффективнее ставить школьников в такие условия, когда они «на собственной шкуре» убеждаются в необходимости получить те или иные знания.

Один преподаватель математики столкнулся с упорным сопротивлением школьников, не желавших изучать геометрические теоремы. Ребята были уверены, что равенство или неравенство углов или сторон треугольников можно «невооруженным глазом» увидеть на чертеже. И вот когда дело дошло до теоремы о сумме внутренних углов треугольника, учитель предложил ученикам начертить любой треугольник, измерить его углы при помощи транспортира и вычислить их сумму. В результате у всех получились разные данные. Этот случай произвел на] класс большое впечатление, и больше уже ни у кого не возникало сомнений в необходимости доказывать теоремы.
Если усвоенный школьниками материал не оказывается нужным ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра, он забывается как ненужный, а сам школьник получает урок того, что полученные знания оказались ненужными. И у школьника постепенно развивается привычка учить от случая к случаю, ориентируясь на предположение, «когда спросят». Это приводит и к случайной оценке его труда, ведь если школьника спросят в другое время, он получит другие оценки.

Осознанию нужности получаемых знаний способствует такая организация учебного процесса, при которой школьники постоянно имеют возможность применять уже полученные знания и умения. Если материал ранее изученных разделов учебной программы мало используется или совсем не используется в дальнейшем, у школьников может возникнуть ощущение, что знать тот или иной раздел совсем не обязательно. Если же в процессе работы ученикам все время приходится обращаться в свою «кладовую», то они постоянно будут чувствовать необходимость ее пополнять. Поэтому в процессе обучения старые знания должны все время так или иначе «прокручиваться» в самых разнообразных сочетаниях с новыми.
«Всякое знание превращать в деяние» — таков был девиз педагогического коллектива школы имени Достоевского. Таким «деянием» здесь были инсценировки. Сначала— инсценировки произведений русской литературы, потом — немецкой, затем — инсценировки исторических сюжетов. Правда, не обходилось без некоторых издержек: сражения между спартанцами и афинянами, между римлянами и карфагенянами стали стихийно вспыхивать прямо на переменах и педагогам пришлось искать более спокойные формы сценического воплощения исторических событий. Даже отчет о достижениях школы за полугодие перед представителями гороно проводился в форме инсценировки. Эта игра стала для шкидовцев не просто увлечением, а чем-то вроде «повального заболевания».
Особенно отчетливо осознают ученики значение получаемых ими знаний и умений в тех случаях, когда они чувствуют, что в результате обучения развиваются их умственные способности.

Об этом писали многие школьники в сочинениях на тему «Что мне нравится на уроках русского языка, а что кажется неинтересным или трудным»: «Мне нравится игра в слова. Она развивает память и сосредоточивает» (V класс); «Уроки русского языка развивают мою речь» (VIII класс); «Мне очень нравятся викторины: они дают развитие не только в области русского языка, они заставляют работать память» (VIII класс); «Самостоятельные работы — это интересно, потому что привыкаешь быстро соображать. Теперь я научился думать логично, и это помогает» (VII класс).
Мы затронули только некоторые пути, при помощи которых учитель может показать школьникам нужность, значительность их работы. Таких путей очень много, и каждый учебный предмет обладает в этом отношении обширными возможностями.
А теперь подойдем к этому вопросу с другой стороны. Попробуйте совершенно искренне, положа руку на сердце, ответить самим себе на вопрос: действительно ли нужно школьникам все, что мы им преподаем?

Вспомним сцену разговора в учительской из повести В. Тендрякова «Ночь после выпуска». «— Не припомните ли вы, Иван Игнатьевич, в каком году родился Николай Васильевич Гоголь? — ...М-м... Умер в пятьдесят втором году, а родился, представьте, не помню.
— А в каком году Лев Толстой закончил свой капитальный роман «Война и мир»?
— Право, не скажу точно. Если прикинуть приблизительно..
— Нет, мне сейчас нужны точные ответы. А может, вы процитируете наизусть знаменитое место из статьи Добролюбова, где говорится, что Катерина —луч света в темном царстве?
— Да более упаси, — вяло отмахнулся директор.
И Ольга Олеговна с прежней решительностью снова обратилась к Зое Владимировне.
— Мы с Иваном Игнатьевичем забыли дату рождения Гоголя, почему она должна быть в памяти наших учеников? А ведь из таких сведений на восемьдесят, если не на все девяносто девять процентов состоят те знания, которые вы, Зоя Владимировна, усиленно вбиваете... Вы и многие из нас... Эти сведения не каждый день нужны в жизни, а порой и совсем не нужны, потому и забываются. Девяносто девять процентов из того, что вы преподаете! Не кажется ли вам, что это гарантия будущего невежества?..
— Теперь только пришла к убеждению, что такое преподавание не проходит безнаказанно. И не только невежество — его последствия...
— Преподносим неустойчивое, испаряющееся, причем в самой категорической, почти насильственной форме».
Согласны ли вы с действующими лицами повести Тендрякова?
И как вы расцениваете с этих позиций другие школьные предметы?

Реклама: