Логотип Логотип 2

на главную

Психология самосовершенствования

Г. Головаха, кандидат философских наук; А. Кроник, кандидат психологических наук

В каждом из нас, как писал Г. Гессе, словно в саду «с сотнями видов деревьев, с тысячами видов цветов, с сотнями видов плодов, с сотнями видов трав», живут, сотрудничают, конфликтуют много разных Я: «Я прошлый» и «Я будущий», «Я реальный» и «Я желаемый», «Я в собственном восприятии», «Я в глазах других людей» и многие другие. О каждом из них написаны горы научных статей, и тем не менее в феномене Я загадок больше, чем решений. Особенно когда речь идет о «Я желаемом» — о том, каким человек хотел бы стать, но почему-то не стал. Благие порывы к самосовершенствованию знакомы каждому. Хочется быть... Каким?

А давайте спросим себя об этом. На минуту забудьте обо всем, что мешает измениться в желаемом направлении. И если бы прямо сейчас вы получили возможность что-то изменить в самом себе, какие психологические качества вы хотели бы приобрести? С такого вопроса начинался диалог с каждым участником исследования, посвященного проблемам психологии самосовершенствования. И пока у читателя созревает собственный ответ на этот вопрос, расскажем вкратце о том, как возник замысел нашего исследования.

Традиционная психология сложилась как наука описательная. Умение строго измерить, объяснить, предсказать переживания и поведение человека долго оставалось критерием профессионализма дипломированного психолога. Последнее слово психологической науки — это новые приемы формирования уже известных психологических качеств и навыков, их коррекция, если произошел сбой в сравнении с тем, что принято считать нормой. Так, невнимательного человека психологи могут сделать внимательным, застенчивого — общительным, вспыльчивого — сдержанным. Но всегда ли человеку не хватает именно того, на недостаток чего он жалуется?

Многие считают, что им не хватает силы воли, чтобы заставить себя чем-то заниматься. А ведь если вдуматься, часто не хватает совсем другого — интереса к делу или способностей. И, не имея именно этих качеств, человек сам стремится к добровольному рабству — силой заставляет себя заниматься скучным делом.

Очевидно поэтому, что психологу, как и врачу, недостаточно знать только мнение человека о самом себе, чтобы помочь ему. Но, так же как и врач, он начинает с вопроса: «На что жалуетесь?» И когда мы спрашивали участников исследования, какие качества они хотели бы себе добавить, мы понимали, что это только начало пути к выяснению истинных человеческих проблем и что на этом пути надо быть готовым к сюрпризам.

Чего нам не хватает Каждый из 50 опрошенных мужчин и женщин в возрасте 17—58 лет, отвечая на поставленный вопрос, мог назвать несколько недостающих ему качеств. Чаще всего встречались следующие ответы:

уверенность, решительность 46

выдержка, уравновешенность 30

целеустремленность, сила воли 30

терпимость 12

доброжелательность 10

Чтобы не делать поспешных выводов, мы задавали дополнительный вопрос: «А от каких качеств вы хотели бы избавиться?» В первую очередь от:

неорганизованность 30

неуравновешенность 28

неуверенность, 20

прямолинейность 16

лень 16

Итак, реальный Я, в отличие от желаемого, чувствует себя недостаточно уверенно в этом мире. Он хочет укрепить себя, достроить за счет преимущественно «твердых материалов»: выдержки, воли, организованности. На «мягкие компоненты» — терпимость, доброжелательность — спрос невелик: лишь один из десяти нуждается в них. И уж никто не замечает в себе избытка твердости, разве что некоторая прямолинейность оказывается иногда лишней.

Что же делать психологу, искренне желающему помочь людям в их работе над собой? Казалось бы, ответ прост: используя методы формирующего эксперимента, психокоррекции, аутотренинга, повысить психологическую устойчивость человека, сделать его сильнее. Тем более что за это человек готов пожертвовать немалым. На 2—3 года (в среднем) согласны были наши опрошенные прожить меньше в случае, если бы некий Мефистофель предложил им сделку: желаемые качества — в обмен на годы жизни. (Эту воображаемую ситуацию мы включили в наш опрос; от имени Мефистофеля «торговались» авторы.)

Но поскольку жить с приобретенными качествами придется не в одиночку, давайте выслушаем и мнение человека о том, чего не хватает окружающим. Итак, третий вопрос наших интервью: «Представьте теперь, что у вас появилась возможность изменить что-то в психологии других людей. Какими качествами вы бы их наделили, чего бы им добавили?» Ответы:

доброта 50

честность, порядочность 30

взаимопонимание, сочувствие 22

терпимость 16

альтруизм, щедрость 12

Как видим, материал, из которого мы собираемся достраивать других, значительно мягче, чем тот, который используется для собственной перестройки. Похожая картина обнаруживается и в ответах на вопрос: «От каких качеств вы бы хотели избавить других людей?» Дай нам волю, избавили бы мы друг друга прежде всего от:

эгоизм 28

нечестность, непорядочность 26

ограниченность, глупость 18

зависть 14

прагматизм 14

жадность 14

И заплатили бы за это Мефистофелю 5—6 полнокровных лет собственной жизни. Неужели ощущается такой дефицит доброты и порядочности, столь невыносим избыток эгоизма и нечестности, что человек готов расплатиться вдвое большим временем жизни за совершенствование окружающих, чем за собственное приближение к своему идеалу? Как говорится, печально, но факт.

Что же теперь делать психологу? То ли укреплять человеческий характер прочными блоками уверенности, выдержки, силы воли и прочими бойцовскими качествами, как того люди желают себе, то ли смягчать нрав добротой, смирять гордыню сочувствием, как того желают другим?

А кто же эти другие, недостаточно добрые, недостаточно порядочные, отзывчивые? Увы, это мы сами — только в глазах окружающих. В другом мы видим то, чего не замечаем в себе. Если судить по приведенным данным, то в себе дефицит доброты замечается в 5 раз реже, чем в других. Может, нам так повезло, что случайно, отбирая 50 человек в Москве и Киеве, мы повстречались преимущественно с добрыми и ранимыми людьми, которых обижают окружающие? А со «злодеями» по счастливой случайности судьба не свела? Вероятность этого в описанном исследовании крайне мала: оно было проведено в разных городах четырьмя интервьюерами (двое мужчин и две женщины).

Но чтобы еще раз проверить свои выводы, мы провели новый эксперимент — групповой, в городе Керчи. В нем участвовало 40 человек, собравшихся на открытие молодежного дискуссионного клуба. Сидя вместе с ними за круглым столом, мы задали тот же вопрос: «Какие качества хотелось бы прежде всего добавить себе?» Отвечали по кругу. Каждый, когда приходила его очередь, называл одно качество: быть спокойнее, чувство юмора, решительность, выдержка, снова выдержка, уверенность в себе, уверенность в своих силах, сила воли...

И тут один из авторов статьи пожелал себе мягкости. Но это не повлияло на желание других стать тверже. После очередного десятка таких ответов второй из нас произнес: «доброжелательности к другим людям». Но и эта подсказка не была подхвачена. Лишь один участник эксперимента пожелал себе большего сочувствия и понимания других, еще трое — чувства юмора.

Мы задали второй вопрос: «Какие качества хотелось бы добавить другим?» Здесь было полное единодушие: доброты, сочувствия, внимательности, понимания. И лишь один пожелал всем крепкого здоровья. Как видим, в условиях группового опроса, несмотря на подсказки экспериментаторов, результат принципиально не изменился по (равнению с индивидуальными интервью.

Коварное правило психологического совершенствования

«Да, это так, — скажет читатель. — Но результат ваших интервью состоит и в том, что половина опрошенных не испытывают ни дефицита доброты в других, ни недостатка решительности и уверенности в себе. В конце концов авторы — тоже люди, они же готовы добавить другим силы, а себе — доброжелательности. Я готов к ним присоединиться».

Такому доброжелательному читателю можно было бы честно признаться, что он ошибается: будь авторы не экспериментаторами, а «наивными испытуемыми», они пожелали бы себе большей выдержки, а окружающим — более сочувственного отношения к их трудам. И все же давайте внимательнее прислушаемся к каждому участнику исследования — что преобладает в его голосе: твердые или мягкие интонации в отношении к себе и к другим? Среди опрошенных нами не нашлось ни одного единомышленника воображаемого читателя, который пожелал быть более добрым среди более сильных.

Недостаток мягкости заметили в себе лишь четверо, но столь же наблюдательны они были и по отношению к другим. Люди этого типа хотят стать добрее в мире, который будет добрее к ним.

Противоположный тип — человек, стремящийся стать тверже вместе со всеми окружающими. Таких в нашем опросе оказалось тоже четверо.

Итак, из основного «правила психологического совершенствования» (себе — твердости, другим — мягкости) возможны были три исключения.

Первое, полностью противоречащее правилу, в исследовании не обнаружилось. Два других — взаимное смягчение и взаимное усиление — встречались, но редко. Подавляющее же большинство опрошенных — 42 из 50 — и позволило нам своими ответами сформулировать вышеозначенное правило, которым руководствуется «Я желаемое».

Так что же делать психологу?

Судя по ответам, психологи могут смело посвятить себя делу психологического совершенствования, не рискуя стать безработными. Среди вопросов нашего интервью один был сугубо прагматическим: «Сколько часов в неделю и в течение какого срока готовы вы работать над собой с опытным психологом, который поможет вам измениться в желаемом направлении?»

Лишь четверо опрошенных полностью отвергли помощь психолога, рассчитывая исключительно на собственные силы или в ходе интервью раздумав расставаться со своими слабостями. В чем-то их можно понять. «Не прикрывай своих естественных слабостей искусственными добродетелями, — советовал арабский писатель Джебран Халиль Джебран. — Я, например, верен моим слабостям, ибо они принадлежат мне».

Но преобладающее большинство опрошенных были последовательны в желании изменить себя. В среднем около года, по 2 часа ежедневно, готов был каждый сотрудничать с психологом, чтобы по крайней мере одно качество «желаемого Я» стало реальностью. А это почти 600 часов работы над собой! Тех же, кто не столь терпелив или не имеет избытка свободного времени, порадуем: современные психологические программы тренинга общительности, выдержки, решительности, способности понять другого рассчитаны, как правило, на 30—90 часов групповых занятий.

Итак, времени психологам готовы предоставить вполне достаточно. Осталось только решить, на что его потратить. За год работы можно сформировать не одно «силовое» качество, а целый комплекс твердости, казалось бы полностью удовлетворив потребности в самосовершенствовании большинства людей. Но от этого комплекса твердости лишь один шаг до будущего комплекса неполноценности. И вот почему.

Другие ждут от вас доброты, понимания, порядочности. А мы «твердой поступью» идем в ином направлении, не приближаясь к ожиданиям окружающих, а чаще, пожалуй, даже удаляясь от них. В результате взаимная неудовлетворенность и напряжение возрастают, что и способствует развитию чувства неполноценности, проявляющегося, кстати, весьма часто в желании стать сильнее.

Дождаться от других желанной мягкости не помогут нам ни выстраданная решительность, ни потом добытая целеустремленность. Любовь и понимание силой не вырвать. Иногда их можно получить как подарок — от людей, добрых по натуре. Но поскольку природа не всегда щедра, лучше следовать одному из правил высокой психологической культуры: пожелай себе того, чего желаешь другим.

Ты чувствуешь дефицит доброты в окружающих, — значит, нужно быть добрее самому. Тебя не понимают — постарайся понять других. Ощущаешь вокруг недостаток честности — стань честнее сам.

Reklama: