Логотип Логотип 2

на главную

AT и самовнушение

В основе саморегуляции и самовоспитания в аутогенном состоянии лежит способность к самовнушению. Внушение и внушаемость, самовнушение и самовнушаемость — серьезные проблемы воспитания и самовоспитания. Внушать, по В. Далю, — вселять, внедрять, передавать, поселить в мыслях, помыслах, побуждать к принятию передаваемого словами или другим способом. Внушается доброе и злое, в зависимости от того, кто внушает, с какой целью: и В. Даль приводит поговорку: «Не внушайся бесом, не согрешишь». В Словаре русского языка (издание 1981 г.) внушение толкуется как «воздействие на волю и сознание человека с целью внушить ему какие-либо мысли, убеждения, чувства».

В современной психологии внушение — способ воздействия на человека, когда нечто утверждается или отрицается без доказательств, без логического и объективного обоснования. Личность внушающего, дефицит информации, эмоциональность, готовность воспринять внушаемое, поскольку оно соответствует желаемому, играют важную роль в этом чуде, когда мыслящий человек воспринимает белое как черное и наоборот.

Внушение, воздействие на неосознаваемое обладает большой силой. Можно внушить, что монета раскалена, — прикосновение ее к телу вызовет появление ожогового волдыря. Известны случаи, когда у племен, стоящих на архаических уровнях развития, колдун внушал юноше, что ему осталось жить 3 дня, и юноша умирал именно через 3 дня. У внушавших себе, что они испытывают страдания Христа, возникали язвы на руках и ногах в тех местах, где, согласно библейским рассказам, были вбиты гвозди в тело Христа при распятии.

Сравним внушение и убеждение. В отличие от внушения убеждение строится на логическом обосновании, на фактах и аргументах, целиком адресуется сознанию, требует от того, к кому обращено, размышлений и умозаключений. Убеждение заставляет думать, спорить с самим собой, выбирать. Привыкший жить своим умом предпочитает, чтобы его убедили. Внушение же не требует от человека умственных усилий, и оттого люди, не привыкшие к самостоятельным размышлениям, внушаемы. Еще А.И. Герцен удивлялся: «Как мало можно взять логикой, когда человек не хочет убедиться».

Однако же нет чистого внушения, как и чистого убеждения, — они взаимосвязаны. Убеждая, всегда и внушают, внушая, убеждают; весь вопрос в том, кто и что внушает, кто и в чем убеждает.

Внушаемость необходима ребенку. Она — база для восприятия родительских и иных влияний, помогающих ему жить в обществе. В самом раннем возрасте, как говорят, с молоком матери ребенок впитывает нормы отношений, поведения. Подавляющее большинство родителей внушают хорошее, правильное, нравственное. Однако на поверку оказывается, что плотью и кровью воспринято нередко как раз отрицательное. Как же так? Объяснение вот в чем: реально внушается только то, что заключает в себе сильный эмоциональный заряд. Владея искусством внушения, чужому можно внушить и то, во что сам не веришь. Своего ребенка не обмануть! Воспитательные скороговорки, пустые сентенции, неискреннюю родительскую риторику ребенок не воспримет. Действует только то, о чем отец и мать говорят искренне и убежденно.

Внушают словом, но и поведением, отношением, взглядом, выражением лица, жестом. Можно говорить одно, но тонкая улыбка, красноречивый взгляд, отрицающий или насмешливый жест перечеркнут сказанное. Не слова о других, а истинное к ним отношение действует как внушение! Как родители относятся к жизни, событиям, людям на деле, а не на словах, так и ребенок будет относиться. Дети ходят прямыми дорогами. Им не свойственно думать одно, говорить другое, а делать третье. Позже в каких-то случаях они научатся лгать себе и другим (как лгали их родители), а пока они делают то, о чем родители думают. А те искренне удивляются: «Как же так, учили-то хорошему...» Нет, говорили хорошо, а делали-то плохо! И когда говорят: «Яблоко от яблони недалеко падает» — это не о генетике, это о внушаемом в детстве.

В семье обладает внушающей силой тот, кто в ней наиболее авторитетен. Тем выше ответственность этого человека, ибо именно он влияет на судьбу ребенка. И если он внушил, что на свете «нет правды», нет честных, хороших людей, то ребенок не будет верить хорошим людям, а потому не воспримет доброе в жизни. Не поверит учителям — и его не научить ничему, не поверит врачам — и его не вылечить от болезней.

С другой стороны, внушенное с детства разумное, доброе, вечное — это и есть нравственная невосприимчивость к дурному влиянию. Очень важная для подростка! Он, если ему дома внушали доброе, не будет марионеткой в подростковой группе. А ведь внушающая сила группы подростков очень велика. Об этом свидетельствует хотя бы такой эксперимент: если члены подростковой группы, сговорившись, утверждают, вопреки истине, что на листе бумаги, который им показывали перед этим, были изображены 2 линии, а не 3, то подросток, который не знает, что его испытывают на внушаемость, чаще уступает групповому внушению, соглашаясь с утверждением сверстников — вопреки виденному собственными глазами!

С детства внушается растущему человеку и установка на самого себя. Каким родители на деле, а не на словах видели ребенка, таким и он воспринимал себя. Говорили ему; «Будь самостоятельным», а относились как к несмысленышу, чрезмерно опекали, все за него делали, не давали и шага ступить без сверхконтроля — и он несамостоятелен, не верит в себя, в свои силы. Говорили: «Будь добрым, считайся с интересами и нуждами других», а сами превозносили его как кумира, выделяли из всех «прочих» как «самого умного, самого красивого, самого хорошего» — и вот он эгоист, пагубно переоценивающий себя. Внушить можно все: умному, что он глуп; сильному, что он слаб; победившему, что он проиграл...

Таким образом, подростку уже многое внушено. Внушено истинное и ложное. Как раз и наступило время, когда следует разобраться, что именно внушено с детства, а что принимается и усваивается сейчас. Дело в том, что у этого возраста есть свои особенности. Подросток открыт, повышенно внушаем влияниям сверстников и всякого рода «новым веяниям» и понижено — воздействиям взрослых. Сверстники, особенно лидирующие, и молодежные кумиры — едва ли не высшие авторитеты для подростка.

И вновь возникает опасность: будет внушено ложное и не будет воспринято доброе — то, что внушают и в чем убеждают взрослые. Обдумаем ситуацию, подчеркнув: убеждают взрослые. И тогда важнейшее значение этого возраста становится явным. Детство — время, когда внушают, а подростковый период — проверка, переоценка, ревизия внушенного и противостояние «внушенному без убеждения».

Чтобы преодолеть то неприемлемое, что было внушено, необходимо соединить силу убеждения с силой внушения в единственно приемлемом, достойном для взрослеющего человека мотивированном, аргументированном, убедительном самовнушении. Лишь такое самовнушение способно подавить неблагоприятные внушенные установки и противостоять внушению без убеждения. И AT помогает именно в этом.

Вера в возможности AT и самовнушение в аутогенном состоянии — основа аутогенной саморегуляции и аутогенного самовоспитания. Чем больше сомнений в эффективности AT, тем меньше сила самовоздействия. Поэтому сомнения следует отбросить. Метод эффективен, проверен более чем полувековой практикой — требуется лишь настойчивость и добрая воля к овладению им. Тогда и самовнушение окажется действенным, позволит преодолеть неуверенность в себе, будет способствовать изменению себя к лучшему, даже в тех пределах, которые сегодня покажутся вам невозможными. Сошлемся на примеры из спортивной жизни. Существуют установки на то, что возможно и что невозможно в спорте.

Существует отношение к рекорду как к пределу возможного. Предполагается, что дальше, выше, с большей скоростью можно двигаться лишь постепенно, завоевывая сантиметр за сантиметром, секунду за секундой. Однако легендарный Бимон «забыл» на миг о невозможном и прыгнул так, что это назвали «прыжком в будущий век». Игорь Тер-Аванесян, обладавший феноменальными данными, мог совершить то же самое и даже больше, но так и не преодолел психологического барьера. Его сковала установка «Невозможно!» Поэтому нередко побеждает дебютант, если не знает, кто есть кто из соперников и что возможно, а что «за пределами», если не ведает, на что замахнулся. У него отсутствует установка «Невозможно!» Он молод, самоуверен, видит усталые лица (для него — лица «стариков») и забывает, что перед ним прославленные мастера. В силу вступает настрой: «Я молод, я полон сил, я могу!» Тренер убеждает команду: «Вы сильнее!» Но остается установка: «Они (именитые противники) сильнее». И в таком случае усилия тренера тщетны. Психолог искусно дает игрокам настрой: «Сегодня вы сильнее!» Сегодня? А почему бы и нет! Игроки ободрены, размышляют так: «Мы сегодня на подъеме, они на спаде, мы больше тренировались, удачнее был сезон...» Возникает настрой, установка «Невозможно!» потеснена — и команда побеждает.

В одной зарубежной хоккейной команде произошел такой случай. Перед ответственным матчем заболел единственный вратарь. Тренер обратился к команде: «Делать нечего, в ворота встану я, но, ребята, я стар, защитите меня...» И возник настрой: «Будь что будет, но мы, молодые, ляжем костьми, прикроем тренера!» Они играли самозабвенно Они не допустили противника к воротам. Сила такого настроя хорошо видна в некоторых исключительных ситуациях.

Известно, что существуют психофизиологические ограничители: человек инстинктивно защищается от перегрузок, от возможности разрыва мышцы, связки, вывиха, перелома и т. д. И нужны экстремальные условия, чтобы преодолеть эти ограничители. Так при пожаре поднимают с постели парализованную бабушку, хотя в обычных обстоятельствах это было бы невозможно. Так слабая женщина ставит на колеса машину, которая завалилась набок и придавила ее ребенка. Так человек спасается бегством от разъяренного быка.

В аутогенном состоянии удается достичь настроя «на экстремальность». Так и только так, настроившись, разбивают кирпич или доску ребром ладони. В аутогенном состоянии можно настроить себя на невероятное, как на обычное, достижимое. Ольга Корбут останется в истории спорта примером мужественной сокрушительницы ограничителей, табу в гимнастике. Думается, она и ее тренер умели настраиваться психологически так же эффективно, как и тренироваться.

Ограничения — табу — как психологический барьер есть и в науке. Авторитеты, великие имена довлеют над молодыми исследователями. Это — внушение. Но некто бесстрашный сомневается и перепроверяет, находя ошибки или обнаруживая новое в доселе неколебимом. И это — самовнушение: «Не боги горшки обжигают!»

Для мотивированного самовнушения требуется достаточно высокий уровень ума и воли. В свою очередь, занятия AT развивают ум и волю. Чаще всего, умный, будучи любознательным, общаясь с умными и размышляя самостоятельно и углубленно, становится все умнее. Глупый, интересуясь и занимаясь никчемным, общаясь с подобными себе, все более глупеет. Такое закономерно. Тягостно, когда умный, следуя злой воле или от безволия, интересуясь и занимаясь никчемным, общаясь с глупыми и живя бездумно, глупеет. Нередко, однако, встречаются и такие ребята, которые волею обстоятельств не получили в детстве должного умственного воспитания, но жаждут развить свой ум. AT — для совершенствующих ум; но еще более для тех, кто не получил должного умственного воспитания, однако жаждет развить свои умственные способности.

Ум, как и мышцы, требует тренировки. Размышления в аутогенном состоянии — своего рода гимнастика для ума. В аутогенном состоянии мыслят о значимом, мыслят свободно, мыслят самостоятельно. Важно ли образование? С одной стороны — да, но с другой — образование может породить эрудированную посредственность, если у человека нет прежде всего умения самостоятельно и творчески мыслить.

Привычка мыслить, мыслить неторопливо, углубленно, не отвлекаясь, сама по себе пестует ум. В аутогенном состоянии, в диалоге с самим собой вы размышляете, используя свой жизненный опыт, знания, интуицию и развивая их. Для принятия верных решений важна неспешность и четкость мышления. И. Эренбург заметил (поймем его слова расширительно): когда ездили на перекладных, то ехали долго и в дороге неспешно, а поэтому зрело и мудро размышляли — и рано взрослели. Остановив в аутогенном состоянии спешку, суету, гонку, характерную для жизни в нашем веке, человек уподобляется мудрецу. Торопясь, как раз более всего теряют время. В суете не приходят глубокие мысли.

AT развивает волю; в свою очередь, чтобы самовнушение было действенным, нужна сильная воля. Но сильная воля, не контролируемая разумом, опасна. Без такого контроля она слепа, разрушительна и сродни сильной воле злого или фанатичного человека. Воля необходима в малом, каждодневном; но еще более в главном — в достижении жизненного замысла, больших целей. Подчеркиваю: не в приобретении билета на концерт популярной певицы, а в достижении трудной цели, определяющей судьбу. Воля гибка. Умный человек, убедившись, что цель ложна или нереальна, решительным волевым усилием резко поворачивает на другой путь. Воля должна сочетаться не только с умом, но с гуманностью и благородством.

Для самовоспитания и самосовершенствования более всего необходима именно воля. Труднее всего бороться с самим собой. А это основное! Тут мешают и неуверенность, и нерешительность, и сомнения, и колебания. Тут и лень, соблазны, искушения, когда нечто в нас уговаривает отказаться от трудного, согласиться на легкое и приятное, когда нас тянет к тому, что приносит удовольствие сию минуту, и так хочется отложить досадно сложное на завтра...

«Властвуй над собой» всегда взаимосвязано с «познай себя». Только тот, кто разобрался в себе, может контролировать себя, владеть собой, разберется в других и окружающем мире, сумеет направить в необходимую сторону отношения с другими людьми, изменить свою жизненную ситуацию. При этом осознаем: безволие — тоже сильная воля, но как бы со знаком «минус». Воплощением вопиющего безволия является наркоман; но какие волевые усилия затрачивает он в поисках наркотика! Сделаем из этого вывод: при всех жизненных неудачах и кривых путях нечего пенять на безволие! Следует задать себе вопрос, на что направлены волевые усилия, и избрать для их приложения достойную цель.

В аутогенном состоянии тренируется память. Тут все взаимосвязано: для мотивированного самовнушения необходима эрудиция, а она требует памяти. Нет нужды доказывать, как необходима хорошая память старшекласснику. Это возраст учебы, когда предстоит бережно принять величайшее наследство — знания и опыт предшествующих поколений. Развитый ум опирается на развитую память, оперируя максимальной информацией.

Восстанавливая в аутогенном состоянии в памяти ту или иную ситуацию, ее воспроизводят целиком, во всех деталях. Бывает, что главного вы и не приметили или пошли по ложному следу. Восстановив ситуацию, видите: вот то, что было главным, и исправляете ошибку, находите истину. Вы восстанавливаете слово в слово состоявшийся накануне разговор и находите, в чем были не правы. Восстанавливаете в памяти текст, таблицу, диаграмму — и отвечаете урок на «отлично».

При такой тренировке вас не страшат экзамены. В будущем хорошая память пригодится врачу и инженеру, следователю и актеру, рабочему и служащему. Она — предпосылка высокого профессионализма. Аутогенное состояние само по себе стимулирует память; в нем активизируется и «приводится в сознание» то, что не было осознано. Старшеклассник прочел вопросы экзаменационного билета, в считанные минуты погрузился в аутогенное состояние, вспомнил все, что терпеливо изучал, и ответ готов. Заманчиво? Заманчиво и возможно; нужен только труд, для того чтобы целеустремленно и систематически овладеть AT.

Reklama: