Быть нужным ребенку…
Приходится слышать, что в хороших семьях порой вырастают плохие дети. Но так ли это? Если присмотреться к таким «хорошим» семьям поближе, можно увидеть, что они во многом не безупречны. Вина (или беда) этих семей обычно лежит именно в плоскости взаимоотношений с ребенком. Именно здесь что-то упущено, не найден верный тон, не установлены контакты, не определена та единственная позиция, которая позволила бы родителям вести ребенка к возмужанию. И выбрать эту позицию можно только при активном соучастии взрослого в жизни ребенка. Такое соучастие даже в самых трудных обстоятельствах помогает взрослым вести подростка по правильному пути.
При этом очень важно, какую позицию в семье занимает и сам ребенок. В одной семье подросток не имеет никаких обязанностей, привык к тому, что все работают для него и на него, растет иждивенцем. В другой — у него много забот и обязанностей, с которыми он не всегда успевает справляться, получая за это выговоры и наказания. А в третьей — он помощник, но не просто исполнитель приказов взрослых, а равноправный участник семейных дел. Выберите наилучший вариант сами…
Всем хорошо известно, как много значат для развития ребенка условия его жизни. Но условия сами по себе не создают личность. Все зависит от того, какое фактическое место занимает ребенок в этих условиях, как он к ним относится, как действует в них. Деятельность ребенка в конкретных условиях организуется взрослыми. Взрослые устанавливают круг его прав и обязанностей, строят отношения, т. е. создают то, что психологи называют социальной ситуацией развития ребенка, которая и определяет в целом формирование его личности. Быть нужным своему ребенку! Как часто родители это понимают очень ограниченно: обеспечить материально, дать образование, наставить на ум, оградить, уберечь… И забывают о том, что быть нужным — это значит разделить с ним его тревоги и сомнения, его радости и печали; это значит быть всегда настроенным на его волну, чутко улавливая малейшие, но такие важные перепады его эмоций. Сделать так, чтобы он сам доверял вам то, в чем не может разобраться и что слишком интимно, чтобы выносить на люди, обсуждать с друзьями. Сделать так, чтобы у вас искал он ответа на волнующие его вопросы, у вас, а не у великовозрастного «друга» со двора. А сделать это можно лишь в том случае, если ваша душа, ваши волнения, тревоги, заботы будут открыты ребенку. Откровенность, доверие должны быть взаимными — только тогда между вами и вашим ребенком не будет стены недомолвок, тайн, непонимания.
Не следует, однако, думать, что взрослый может полностью заменить подростку друзей. Нет, друг-сверстник всегда нужен подростку. Только с ним он может быть по-настоящему равноправным. Есть и всегда будут у подростков свой мир, свои тайны, своя глубоко личная жизнь. Влияние друга-сверстника на формирование подростка очень велико, более того, оно неизбежно и необходимо, и не надо его бояться.
Задача взрослого заключается не в том, чтобы оградить подростка от сверстников. Зная круг общения своего ребенка, душой войдя в этот круг, поняв его, надо суметь занять позицию ведущего, впередсмотрящего, взрослого друга. Это потребует от вас любви, внимания, чуткости. Подросток очень легко раним; иногда стоит один раз отмахнуться от него, — и с таким трудом налаженный душевный контакт ломается.
Эта задача потребует от вас и постоянного жесткого самоконтроля: плохо, если ваши слова разойдутся с вашим собственным поведением! Никто так сурово не судит ложь и лицемерие, как подросток. Он еще не совсем научился предъявлять требования к себе, но непримирим в требованиях к другим, и в первую очередь к взрослым.
Близость между детьми и родителями важна и необходима. Счастлив тот, кто может сказать, как сказала одна мама: «Чувствую, что мы с Машей стали ближе друг другу. Постоянно чувствую, что нужна ей». Это не было фразой. Ей никогда не приходилось узнавать о чем-то у учителей или у классного руководителя, она знала все о жизни дочери от нее самой. Девочки и мальчики бывали у Маши дома, они играли, разговаривали, спорили. Мама принимала самое непосредственное участие и в этих играх, и в этих спорах, но не подавляла своим взрослым авторитетом, не приказывала, не поучала. Она настолько искренне была захвачена всеми делами, событиями и интересами этого ребячьего мира, что ее советы не воспринимались как указания и, наверное, поэтому были более действенными.
Здесь были контакты двух родов: с одной стороны, непосредственный контакт с дочерью — интимные разговоры с глазу на глаз, с другой — контакт, опосредствованный миром ее сверстников. Мать знала интересы и увлечения Маши, ее тайны и тайны ее подруг, знала, о чем они мечтают, над чем размышляют, в чем сомневаются. Маша не замыкалась в себе, не стеснялась и не боялась раскрыть себя маме, которая видела пробуждающиеся интересы дочери и направляла их по правильному пути.
Маша привыкла смотреть на свою маму как на друга и советчика, относилась к ней очень тепло, всегда стремилась сделать ей что-нибудь приятное.
Мама всегда видела в Маше личность, заслуживающую уважения, доверия, разговора на равных. Все это способствовало тому, что в воспитании Маши не было больших трудностей. И она росла хорошим и справедливым человеком.
Подростки во многом хотят пользоваться такими же правами, как и взрослые. Если те учитывают их стремления, взаимоотношения с подростками развиваются бесконфликтно. Это бывает тогда, когда взрослый видит и уважает в ребенке личность, сохраняя при этом позицию ведущего.