Действия, поступки, характер

Источник сведений о характере—Действие. Человек по самому своему существу деятелен. Ни фотография, ни самый удачный портрет не дадут столько сведений о человеке, как его действия.
Всё это известно с давних времен. Наблюдая привычные движения и действия человека, мы познаем его характер. Немалую помощь в распознавании особенностей характера играет походка. Такой превосходный психолог, каким был Оноре Бальзак, придавал исключитель-ное значение изучению походки человека, этой, по его словам, «физиономии нашего тела». Им был даже написан специальный трактат «Теория походки», к сожалению, не переведенный на русский язык. И в самом деле, походка способна раскрыть нам некоторые черточки характера.

Впрочем, не только походка, но и в известных обстоятельствах непроизвольные движения рук выступают как ценный характерологический признак. Вспоминается великолепный психологический этюд Стефана Цвейга, посвященный рукам игроков: «Все можно узнать по этим рукам, по тому, как они ждут, как они хватают, медлят: корыстолюбца — по скрюченным пальцам, расточителя — по небрежному жесту, расчетливого — по спокойным движениям кисти, отчаявшегося — по дрожащим пальцам; сотни характеров молниеносно выдают себя манерой, с какой берут в руки деньги: комкают их, нервно теребят или в изнеможении, устало разжав пальцы, оставляют на столе, пропуская игру. Человек выдает себя в игре — это прописная истина, я знаю. Но еще больше выдает его собственная рука».

Походку, как и жестикуляцию, нелегко описать, а тем более как-то систематизировать эти описания и установить точные признаки того или иного характера по этим неуловимым, меняющимся, зыбким показателям. То, что вполне приемлемо для беллетриста, то явно недостаточно для науки.
Для того чтобы создать классификацию жестов и непроизвольных движений, а следовательно, и некую систему характерологических показателей, было бы желательно (если бы это было возможно) остановить жест, иметь его точную копию, слепок жеста. Это дало бы возможность сличить его с жестами других людей, найти сходное и различное, систематизировать наблюдения. На первый взгляд это невозможно, разве что при помощи киноаппарата. Но еще за несколько сотен лет до изобретения киноаппарата стало ясно, что способ фиксации жеста человека — его почерк. В самом деле почерк— это записанный жест, надолго сохраненный бумагой.

В XVII веке возникает «графология», которая использует изучение почерка для определения характера и способностей человека. Первое графологическое сочинение так и называлось: «О способах узнавания образа жизни, характера и личных качеств человека по его письму». Общий характер почерка, рассуждали графологи, есть не что иное, как отражение общего характера движений. А движения кладут свой отпечаток и на почерк. Привычка к известному роду движений выражается у всех людей в постоянных и одинаковых движениях пера. При широких движениях наблюдаются крупные буквы и размашистые черты. В противоположность этому, мелкие, робкие и подавленные движения выражаются в мелких буквах. Сухие и резкие движения дают угловатый почерк, а гибкие и грациозные — размашистый и округленный.
Имея возможность обобщить и систематизировать различные типы почерка на основании особенностей нажимов, связности букв, наклона их, росчерка и т. п. графолог делал заключение об индивидуальности человека, о его характере, способностях и талантах и далеко идущие прогнозы его будущего.
Вот типичная система «доказательств», взятая из одного графологического сочинения. «Посмотрите на жесты здорового, сильного и энергичного человека, и вы увидите, что они точны, отчетливы и размеренны. Таков же его почерк: он направлен по прямой линии от одного края страницы до другого. Следовательно, заключает графолог, ровный, идущий по горизонтальной линии почерк указывает на силу характера, самообладание, моральное равновесие, непоколебимую волю. Посмотрите теперь на человека с живым воображением, веселого и полного надежд, все его движения стремятся вверх. Почерк его будет восходящим, как бы передающим его надежды, желания и стремления его ума и сердца».
И далее графолог сообщает, что близко стоящие буквы указывают на скупость, а очень удаленные друг от друга — на «щедрость и широту натуры». Буквы одного и того же слова, не соединенные между собой, характеризуют мечтателей и людей, у которых преобладают чувства, а связанные между собой буквы — людей аналитического ума, мыслящих логически. Таким путем создавалась целая система признаков почерка и соответствующих черт характера, к слову сказать, не во всем одинаковая у разных графологических авторитетов.

Как же следует отнестись к графологическим данным и к графологии? Можно ли считать достоверным то, что утверждают графологи? Можно ли по почерку заключить о характере? Такие вопросы задают на каждой лекции, посвященной характеру человека.

Очевидно, нет оснований попросту отбрасывать графологические данные, считая всякое исследование почерка с характерологическими целями сплошным и беспросветным шарлатанством. Идея о том, что почерк человека находится в известном соответствии с индивидуальными особенностями человека и с его психологическим состоянием, не может быть признана неверной.

Общие особенности двигательных реакций человека, а именно их интенсивность, степень координированности, эффективность (т. е. сопровождение переживаниями), несомненно, влияют на почерк, отражаются на величине и форме букв, направлении строчек, на связности отдельных элементов в буквах и самих букв в словах и т. д.

Не лишены некоторых оснований и соображения о том, что поднимающиеся вверх строчки свидетельствуют об уверенности, настойчивости, общей «мажорности» характера, а строчки «нисходящие», как бы сползающие, спускающиеся при приближении к краю страницы, свидетельствуют о подавленности, нерешительности, робости.

Очень выразительны в этом отношении росчерки. Вычурная подпись с всяческими завитушками и петлями в росчерке сплошь и рядом принадлежит человеку самоуверенному, тщеславному и нескромному — так во всяком случае на основании многочисленных наблюдений утверждают графологи, и, пожалуй, с ними можно в этом согласиться. Иногда чрезмерно вычурный почерк, является одним из диагностических признаков психического заболевания, сопровождающегося «манией величия».
И все-таки притязания графологов на определение такого сложного психического образования, как характер, исключительно и непосредственно по почерку в научном отношении являются беспочвенными и крайне сомнительными. Быть может, какие-то удачные и бесспорные случаи определения характера по письму имели место, но трудно сказать, какую роль здесь сыграла интуиция, случайность, а какую — графологический анализ.

Графологи допускают ошибки, предполагая, что между той или иной конфигурацией написанной буквы и соответствующей чертой характера существует прямая зависимость. Та или иная особенность почерка может вызываться не одной, а разными причинами.
Так, например, почти все графологи считают, что несвязанность букв в слове свидетельствует о мечтательности, художественной одаренности, повышенной эмо-циональности и т. д. Мне хорошо известен один человек, у которого наблюдается именно эта особенность почерка, о которой сказано выше: каждая буква в слове пишется им отдельно. И что же? Это художественная натура? Мечтатель? Поэт? Нет, дело объясняется куда более прозаически. Этот человек в молодости, довольно долго работая в книгохранилище, дублировал библиотечные карточки. А для этой цели употребляется так называемый «библиотечный почерк», где каждую букву требуется писать отдельно. И вот как отголосок этой давней работы особенность его почерка — не связанные между собой буквы в слове. Возьмись кто-нибудь за определение характера и наклонностей этого человека по почерку—и ошибка гарантирована.

Зыбкая почва графологии издавна благоприятствовала произрастанию различных коммерческих предприятий. Причем графологи-профессионалы восполняли слабость своих научных систем незаурядной наблюдательностью и отсутствием излишней щепетильности.
В одном из юмористических рассказов Ильфа и Петрова рассказывается о том, как глава крупного учреждения, озабоченный вопросом о характере и способностях своих подчиненных, решил обратиться к графологу.

Увидев написанную начальственную резолюцию: «Тов. Кошк.-Эриванскому. На заключение», графолог составил характеристику, в которой говорилось: «Вы, несомненно, заведуете отделом, а вернее всего, являетесь главой большого учреждения. Особенности вашего почерка позволяют заключить, что вы обладаете блестящими организационными способностями и ведете ваше учреждение по пути процветания. Вам предстоит огромная будущность». Начальник был в восторге, и грандиозная эпопея изучения почерков ничего не подозревавших служащих началась. Далее авторы рассказывают о том, как графолог дал совершенно блестящую характеристику одному скромному служащему, догадавшемуся сунуть ему взятку («оригинальный наклон букв свидетельствует о бескорыстии. Довесок к букве «щ» говорит о необыкновенной работоспособности, а завиток, сопровождающий букву «в», — о воле к победе»), и как печально это всё кончилось для предприимчивого служащего, в котором начальник увидел возможного конкурента.
Ситуация, конечно, шуточная, но в ней довольно верно показана антинаучность графологии. Переоценивая значение связей между чертами характера, непроизвольными движениями человека и его почерком, претендуя на точность и объективность этих взаимозависимостей, графология вырождается в псевдонауку, которая немногим отличается от гадания на картах. Почерк, походка, жестикуляция, как и выражение лица человека, его мимика, манера одеваться, привычные интонации голоса — всё это лишь в совокупности наблюдаемых особенностей дает представление о чертах характера.

ля того чтобы подметить что-то в личности человека, надо внимательнейшим образом изучить все эти внешние выразительные особенности , учесть их и сделать на основе этого учета и наблюдения некоторые заключения. И все-таки последние, решающие, объективные и неопровержимые данные о характере человека дают не эти непроизвольные действия и движения человека, а его сознательные и преднамеренные действия и поступки. Именно по поступкам судим мы о том, что представляет собой человек.

В. И. Ленин учил «судить о людях не по тому блестящему мундиру, который они сами себе надели, не по той эффектной кличке, которую они сами себе взяли, а по тому, как они поступают и что они на самом деле пропагандируют». Он говорил о том, что «о человеке судят не по тому, что он о себе говорит или думает, а по тому, что он делает».
Поступки человека — зеркало его характера. В какие бы одежды ни рядился человек, какие бы позы ни принимал, какую бы манеру поведения ни усваивал — поступки его в конечном счете обнаружат, что он собой представляет, какой у него на самом деле характер.

Наступление советских людей на целину, которое требовало всех сил человеческой натуры, явилось не только лучшей школой характера, но и своего рода лакмусовой бумажки для выявления его подлинных черт.
Выпускники одной из столичных школ сговорились отправиться в Казахстан всем классом. Разные были люди в классе. Были среди них активисты-общественники, были и такие, которые сторонились общественной работы, были отличники и перебивающиеся с «двойки на тройку», были тихони и были задиры, были признанные авторитеты в коллективе и встречались такие, о которых классный остряк говаривал «маловысокоуважаемые». Целина все перетасовала заново. Год работы, год преодоления трудностей, и немаленьких, год совершения настоящих поступков показал, каковы характеры каждого. Нельзя сказать, чтобы прежние характеристики целиком и полностью-Оказались ошибочными, но многие из них пришлось, что называется, переписать заново.

И так бывает в жизни буквально на каждом шагу. Внимательно приглядывайтесь к поступкам человека, и вы получите точную и содержательную информацию о его характере.
Не всякое действие человека может быть названо поступком. Поднять руку, чтобы ответить на уроке по математике— легко, лишь с большой натяжкой можно назвать это действие поступком. Поднять руку, чтобы выступить с критикой в адрес друга, — поступок смелый и принципиальный. Подать заявление с просьбой о путевке в дом отдыха и подать заявление о зачислении добровольцем в отбывающий на фронт полк — это тоже действия, лишь одно из которых достойно именоваться поступком.
Поступок — это действие человека, которое получает или должно, или может получить серьезную общественную оценку. Это действие, которое получает принципиальное обоснование, пусть иногда и не сразу осознаваемое.
Поступок — это действие, сопряженное с преодолением внутренних трудностей (об этом мы уже говорили выше).

Поступок — это действие, в котором сполна и сразу проявляется характер человека, его глубинная, интимная сущность. Припомните поступок Павла Корчагина, бросившегося на конвойного и освободившего Жухрая. В этом самоотверженном, безрассудно-смелом поступке разом выявился смелый, благородный и пылкий характер юноши. Припомните подлый поступок Ромашова в повести «Два капитана», скрывшего от Кати свое преда-тельство, утаившего подлинные обстоятельства предполагаемой гибели ее мужа, Сани Григорьева. Этот поступок раскрывает отвратительное нутро эгоиста, лицемера и труса.
В вашей повседневной жизни вы постоянно сталкиваетесь с поступками людей, и эти поступки, смелые или плохие, мужественные или робкие, благородные или низкие, являются наиболее верными показателями, по которым следует судить о характере людей.

Впрочем, и здесь нельзя торопиться с выводами. Не всякая жизненная ситуация позволяет обнаружить особенности характера. Иногда надо, что называется, «пуд соли съесть», чтобы сделать выводы о человеке, а иногда нескольких дней, достаточно, чтобы человек был «как на ладони». Например, в исключительных обстоятельствах, предположим, на фронте, в боевой обстановке, характер человека узнается очень быстро. Это объясняется теми высокими требованиями, которые предъявляет человеку боевая дружба, необходимость выполнения воинского долга, смертельная опасность, подстерегающая солдата на каждом шагу.

Делать выводы на основании поступков — это значит наблюдать, какова манера поведения человека в таких обстоятельствах, которые выявляют с необходимостью существенные различия между людьми. Посмотрите, какие поступки для человека являются привычными, и вы не ошибетесь в своих выводах. «Посей поступок,— гласит восточная пословица, — пожнешь привычку, посей привычку — пожнешь характер, посей характер — пожнешь судьбу».
Не физиономия, не походка, не почерк, а система привычных поступков человека — вот то главное, что определяет и обнаруживает основной костяк человеческого характера, а все остальные показатели лишь дополняют, уточняют и дорисовывают его облик.

(Visited 7 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *